А речного вокзала станицы Старочеркасской, который знал лучшие времена, у причала, из воды торчит этот пучок брёвен. За время долгой службы, брёвна постепенно перетирались швартовыми канатами. Верхушки их падали в воду и уплывали по течению. Рядом с отслужившими, в дно реки забивали новые брёвна. Корчеванием старых никто не занимался. Зачем?

Рядом, когда-то поставили такой же столб, но уже из стальных труб. И он уже истёрт до дыр.

Листая подшивку Вечёрки за 1983 год, встретил эту рекламу цветных телевизоров. 755  или даже 790 рублей в те годы были большими деньгами. Я слесарем 4-го разряда получал в месяц 90. Легковые автомобили в те годы были недосягаемой мечтой, а цветные телевизоры, говоря газетным штампом, начали входить в быт. Копили на них усердно, семьями, откладывая «на книжку» всё, что оставалось от зарплаты, и бросая «десюлики» в пустые бутылки от шампанского. Говорили, что полная бутылка десятикопеечных монет как раз «стоила» 700 р.

Мы приехали в окрестности хутора Нижнеерохин к Большому камню. Такое название получил этот действительно большой и действительно необычный выход кварцита на склоне степной балки.

Стоит начать его внимательно рассматривать еще от околицы хутора.

В альбоме истории рядом с поимённым списком были помещены две фотографии серебряных медалистов 1950 года. Это всё, что у нас есть о выпускниках, на долю которых выпало время Великой Отечественной войны.

Где-то уже видел подобное фото. Но проходя сегодня мимо, решил сделать свой вариант.

В августе все вспоминают, что лето вот, вот закончится и надо наверстать все летние, недоделанные дела. Например, накупаться до дрожи и синих губ.

Однажды увидев где-то в сети похожее фото, я потерял покой и понял, что должен это увидеть. Несколько лет ездил мимо, но не находил времени свернуть с трассы. И вот случилось.

Дня нет, чтобы в каких- нибудь соцсетях или фотосайтах не мелькнула фотография сена, свернутого в рулоны.

Нигде нет таких храбрых байбаков, как на Калитве. Самки и молодежь при моём приближении, как и везде, бросились по норам, а наблюдатели хладнокровно следили за мной.