Помню, многим понравилась моя зарисовка "Огни большого города" о неоновой рекламе в Ростове. С тех пор  стараюсь замечать все то, что осталось от этой рекламы. Осталось не много.
Например, эта удивительная надпись "Инструмент" с гигантским штангенциркулем. 

В пухлой папке  с оборванными тесемками, которую я гордо называю «архив карт», на почетном месте (то есть, каждый раз с ума сойдешь, пока найдешь) лежит эта туристская карта-схема любимого города, изданная в конце 70-х годов. 

Выбирал фото, для поздравления Андрея с ДР. Выбрал эту, размытую дождем и солнцем, на берегу таинственного водопада. Он такой, неразделим с природой, практически слит с ней. Не резок, не криклив, но глубок и даже фундаментален. Почти незаметно, но уверенно идет вперед, к успеху и разгадке тайн. С днем рождения!

…Быть может, тот облезлый кот был раньше негодяем,
А это милый человек был раньше добрым псом…

Точно знаю, что в прошлой жизни я был существом летающим, жившим у воды на высокой скале. Тянет меня на каменные горы, по над  Северским Донцом особенно.

На улице была ужасная жара. Внезапно захотелось найти пивную , но не для того, чтобы просто выпить, а для того, чтобы утолить желание знать, а где же "собиралася компания блатная"  из легендарной песни на мелодию аргентинского танго Анхеля Виллольдо "El Choclo" ("Колос маиса"),вышедшей на пластинке в 1911 г. Процитирую строки фундаментального исследования "Песнь о моей Мурке" ростовского "зонального" Фимы Жиганца - он же  Александр Сидоров, в котором  о происхождении песни «На Дерибасовской открылася пивная» сообщается :

Шатаясь по сказочным берегам Северского Донца,

Такой же летний вечер перед выходными, только очень давно. Компания молодых людей на центральной аллее парка им. Н. Островского. В то время там был фонтан, видна его чаша, и гипсовые фигуры.  (конец 50-х, начало 60-х)

Когда будете гулять улочками благословенного города Цимлянска, 

Когда-то у меня была такая. Настоящая, фронтовая. Не сберег.

В крае нашем немало памятников автомобилям. Разных. Вспомнил о них, когда на одной заправке в Новошахтинске увидел поставленные для красоты Волгу и Победу.
Тронуло. Победа в памятные времена была машиной редкой, даже экзотической, но глубоко уважаемой. Шоферское сообщество развлекало себя рассказами о луженом кузове и прочих изысках. И часто, когда разговор заходил об этой машине, вспоминали Сталина, который, когда ему показали первый, трехдверный вариант машины, сел в переднее кресло пассажира и приказал ехать. После чего  все последующие образцы делали пятидверными.