Калитва - души моей столица.

Для всех местечек, между которыми мечется моя душа, у меня придуманы названия - эпитеты. Я редко их называю в заметках на Меотиде, потому что они зачастую малопонятны читателям и отражают моё какое-то, иногда мимолётное, но запавшее впечатление.

Для хутора Рудакова на Калитве и его окрестностей у меня давно сложилось стойкое определение – слово «Светло».

Здесь, в излучине Калитвы, крутые берега близко, но горизонт не заслоняют, а наоборот.

Раздвигают его.

Пески, сосны, холмы. Редко где так хорошо.

И редко где так просторно.

Одинокие грибники на перекрёстках песчаных  дорог.

И увалы на берегах Калитвы над каменными заборами старых куреней.

А калитвенские высокие берега над хутором светятся осенью.

Хутор одновременно и под холмами, и над речными обрывами.

Много брошенных усадеб. К чему уже привыкаешь. Но и справных хватает.

Каменная память.

Хотя хутор основали казаки, и рос он как войсковой хутор. Но мне показалось, что в архитектуре хуторских усадеб больше малороссийских мотивов.

Отличительная черта хутора- практически отсутствие прямых улиц.

То же самое наблюдается в хуторе Свинарёв (Ленина) на другом берегу Калитвы.

Чем это объяснить, не знаю. Может быть, что-то есть в обычаях старообрядцев, основавших оба хутора.

Но уют невероятный.

Околица

В этот наш визит в хутор нам повезло. Мы встретили в местном клубе добрых и замечательных людей, заведующих клубом и библиотекой, Елену Николаевну и Марину Викторовну.

Надо заметить, что плохих людей я в сельских клубах не встречал. Вероятно, что после того, как мы по собственной глупости и чужому наущению уничтожили церкви, сельские клубы взяли на себя часть их миссии.

У работников клуба субботник, строители обновляют постамент памятника. Все заняты делом, кроме нас, праздношатающихся.

Клуб – уютная обитель, где лица писателей 19-го века,

соседствуют с современными реалиями.

И со стёртыми временем лицами жителей хутора.

А в любом маленьком музее, таком как здесь, в Рудакове, всегда найдётся изюминка, которую вы больше не встретите нигде.

Уж сколько я видел реконструкций старого быта, но такой тюлевой накидки на пирамидку подушек не встречал.

И не мог наиграться действующим ягодосборником, как штормом занесённым в наши неягодные края.

Или вот плетёная шумовка для вареников.

Заведу себе такую. Для пельменей.

Эту надпись на книжной полке вынес в название заметки. Хотя книжная полка посвящена городу Белая Калитва. А я переиначил эту фразу по отношению к реке.

Так уютно бывает только в клубах и библиотеках далёких хуторов.

Для изложения дошедшей до нас истории хутора многотомника не надо. Хватит, увы, странички. Это общая и повсеместная наша беда.